Я иду сквозь тебя, пока есть мои силы, даже если уже никуда не иду...
Я обещал пластинку. Первая попытка написать радиопьесу, не бейте микрофоном по голове!
Кроссовер с пластинкой много чьего детства "Волшебные башмаки".
Сторона 1Артур Конан Дойл, он же АКД: Шагает Джек Стэплтон по болотной тропинке, помахивает сачком для бабочек. На голове у него соломенная шляпа, через плечо висит ботанизирка, а в ботанизирке вместо бабочек — два башмака, завёрнутых в номер «Таймс»: один коричневый, а другой чёрный.
Джек (поёт):
От восхода до заката
Мне укажут вешки путь —
Значит, должен я когда-то (2)
Добрести куда-нибудь!
В Девоншире холлов много,
Но хочу найти я тот,
Где, как Боська у порога, (2)
Нас удача верно ждёт!
(Музыка смолкает)
Джек: Какая-то собака сидит у поворота дороги… Чёрная. И без ошейника. Вот бы мне такую!.. А может, удастся её подманить? (Свистит)
Боська (встревоженно): Грр?
Джек: Ну, ну, полегче, я не кусаюсь. Здравствуй… э-э… Боська!
Боська (грудным, но, несомненно, девичьим голосом): А как ты узнал, что меня зовут Боська?
Джек: А, значит, тебя в самом деле зовут Боська? Это ж элементарно. Ну какая ещё собака будет сидеть без ошейника у поворота Гримпенской дороги? Баскервильская, значит, Боська. А я Джек Стэплтон. (Пауза) Только чего это ты всё дрожишь да по сторонам оглядываешься, такая большая? Обидел кто?
Боська (торопливо): Что ты, тебе показалось… А скажи, не встречался ли тебе инспектор Скотланд-Ярда?
Джек (готов рассмеяться): Кто-кто?
Боська: Такой самоуверенный, с револьвером в заднем кармане брюк.
Джек: Нет, тьфу-тьфу-тьфу, не встречался. А что?
Боська: Да нет, я просто так спросила. (Издаёт свистящий звук, похожий на хихиканье) А почему у тебя башмаки разные?
Джек (сконфуженно): Как так разные? Вроде когда из дому выходил, одинаковые были.
Боська: Сразу видно, что ты не собака. Я про те, которые ты в коробке несёшь. От одного пахнет коричневой ваксой, а от другого чёрной.
Джек (открывает коробку — лязгает крышка): А ведь верно, разные! (Шуршит газетой) Я их сегодня утром из болота сачком выловил. (Украдкой вздыхает) Сачок да ботанизирка — вот и всё, что мне отец в наследство оставил. А ведь здесь у меня и настоящее наследство есть, только кто ж мне его отдаст!..
Боська (принюхивается): Что-то они мне напоминают… А можешь их примерить?
Джек (подумав): Почему бы нет? Не зря ведь они мне подвернулись… Только чур, молчок! Ещё соседи засмеют. (Кряхтение, поскрипывание кожи) Вот так… Теперь чёрный… (С радостным удивлением) Ты смотри! Словно по заказу на меня пошиты! Даже жаль, что разные. Теперь попробую, крепкие ли они. А то, может, совсем размокли в болоте? Ну-ка… раз, два, три! (Притопывает)
(Весёлая кельтская музыка)
Джек: Ой! Что такое?! Чёрт, куда это вы меня несёте?!
Боська: Гав-гав! Подожди!
АКД: Жаль, вы не видите, что случилось! Стоило Джеку притопнуть ногой в чёрном башмаке, как ноги сами понесли его по тропинке — вперёд и вперёд, пока не остановились на гребне лощины, посреди которой торчали два гранитных столба.
Боська (восторженно): Гав-гав! Тяф-тяф!
(Музыка смолкает)
Джек: Уфф! Где это мы? (Переводит дыхание) В лощине сэра Хьюго… Вот так башмаки!.. Да с ними куда хочешь попасть можно! Ну, Боська, вот теперь я наконец уведу Лору у Джеффри Лайонса!
Боська: Не отвлекайся, Джек! И вообще чужих жён уводить нехорошо, про это легенда есть.
Джек (бесшабашно): Подумаешь, легенда… Я этому Лайонсу ещё и в живот наподдам! Ну, башмаки, не подкачайте теперь — вперёд, в Кумб-Треси! Раз, два, три!
(Быстрая и как будто недовольная музыка)
Джек: Эй! Не туда! Я же сказал, мне в Кумб-Треси надо!
Боська: Джек! Куда ты? Гав-гав!
(Голоса обоих удаляются)
АКД: Только сделал Джек шаг в направлении Кумб-Треси, как ноги понесли его совсем в другую сторону, не разбирая дороги… (с усмешкой) прямо к Гримпенской трясине!
(Шлёпанье ног)
Джек: Сто-оп! Здесь же никому не… (громкий плеск) пройти-и!
(Музыка обрывается)
Боська (испуганно): Ой, Джек!
Джек (фыркает, отплёвывается): А-а-а! Помогите!
Боська: Ха-ха! А башмаки-то и впрямь непростые! Уж чему они научат, так это честности… ой, я хотела сказать, не отвлекаться на пути к цели! Ну ладно, хватайся за мои задние лапы, я тебя вытащу.
Джек (обиженно): Вытащила одна такая… Честности все учить горазды! (Кряхтит) Сам выберусь. Уфф… ну вот.
Лестрейд (издалека, противным самодовольным голосом): Эй, ты, натуралист! Ну ты, тебе говорю!
Джек: А вы, значит, сыщик, раз угадали, что я натуралист? Кстати, как вы догадались?
Лестрейд: Ну кто же ещё, кроме натуралиста, по доброй воле в трясину полезет? Не видел ли ты тут собаку, чёрную, которая ещё светится в темноте?
АКД: Джек изумлённо захлопал глазами: вместо Боськи перед ним на кочке стоял инспектор Скотланд-Ярда, и брюки у него сзади подозрительно топырились.
Джек (оскорблённо): Издеваетесь? Я столько не выпью! (Вполголоса, сам с собой) Да, но где же…
АКД: И в самом деле, где же Боська? Точно в трясину провалилась. Джек во все глаза уставился на инспектора, а тот, в свою очередь, как заворожённый, уставился на башмаки Джека. И было отчего! Башмаки блестели как новенькие, словно Джек и не принимал водные процедуры в болоте — один коричневый, а другой чёрный.
Лестрейд: Где-то я видел эти башмаки… А ну дай посмотреть!
Джек: Ещё чего!
Лестрейд: Давай-давай! Всё по закону, под расписку. Вот, сейчас же и выпишу. (Скрипит карандаш) Ты что, не хочешь помочь следствию?
Джек: А мне как быть? Мои ботинки на дороге остались!
Лестрейд: Смотри, будешь упрямиться — сдам в участок! Такие башмаки как раз пропали из отеля «Нортумберленд». А это дело оч-чень нехорошее и опасное, на кону миллион! Снимай, снимай, бери расписку! (Джек неразборчиво протестует, Лестрейд довольно хмыкает) Проведём следственный эксперимент… Гляди-ка — они мне в самый раз!
(Мелодия джиги)
Лестрейд (в панике): Что за чертовщина?! Стойте! Стойте!
Джек: Ха-ха! В этих башмаках, оказывается, можно и джигу сплясать. И правильно, мистер инспектор, а то вы слишком серьёзны! Ай да башмаки!.. Нет уж, в несгораемом шкафу для вещдоков им точно не место.
Лестрейд: А-а! Выключите меня! Сил моих больше нет… Ох!
АКД (смеётся): И приземлился в колючий-преколючий терновый куст.
(Музыка смолкает, Лестрейд причитает, Джек заливисто хохочет)
Лестрейд: Проклятые башмаки!
Джек (с укоризной): «Проклятые»! Ничего вы не понимаете в фольклоре.
Лестрейд: Забирай их! В ориентировке ни слова не было про волшебные свойства. О-хо-хо…
Джек: Всё-таки лучше их поберечь. Спрячу обратно в ботанизирку… вот так. Похоже, неспроста они ко мне попали.
Лестрейд (удаляясь): Ну, погоди, проклятая псина! Я докажу, что ты за всем этим и стоишь! О-хо-хо…
Боська: Ой, Джек! Ты не утонул!
Джек: А, это ты, Боська? А я уж испугался, что ты тоже в трясину провалилась. С чего тебе понадобилось прятаться в сараюшке от этого надутого инспектора?
Боська: Я пока не могу объяснить. Но если Лестрейд меня поймает… он набьёт меня опилками и выставит в музее Шерлока Холмса на Бейкер-стрит!
Джек: Шерлок Холмс… Постой, не тот ли знаменитый сыщик? Так зачем его бояться — он вроде джентльмен?
Боська: Джентльмен-то джентльмен, но если ему станет скучно — пиши пропало. А вот почему меня хотят набить опилками — сейчас я тебе сказать не могу. Хотя ты очень славный, настоящий Баскервиль. (Издаёт тот же свистящий звук) Но как же этот Лестрейд здорово отплясывал в твоих башмаках!.. (После паузы, грустно) Ну, прощай. Мне надо идти.
Джек: Куда ты?
Боська: В сердце Гримпенской трясины. Только не ходи за мной, я пойду звериными тропками.
Джек: Постой, я могу тебе чем-нибудь помочь? Я не дам набивать тебя опилками!
Боська: Сначала прими ванну и переоденься в сухое! А потом… может, ещё увидимся. (Удаляясь, звонко) Прощай, Джек!
Джек (задумчиво): До встречи, Боська!
АКД: И Джек отправился домой, в Меррипит-хаус.
А вечером того же дня, прихватив с собой волшебные башмаки, он подошёл к воротам Баскервиль-холла. На дне круглой лощины, окружённой чёрными елями, стоял величественный замок с двумя островерхими башнями и ажурной чугунной оградой.
Джек: Вот оно, моё наследство… Ну что ж, башмаки, может, вы мне хоть замок добудете? Коричневый… теперь чёрный… Ого!
(Мелодия джиги)
Джек: Вот это да! Башмаки словно обрадовались, что я их сюда принёс — сами в пляс пустились! Так, куда это мы приплясали? Тисовая аллея… павильон… Но почему здесь всё так мрачно? Стекло разбито, и пахнет лекарствами… Невесёлое местечко. Эге! Кто-то сюда идёт. Да это ж миссис Бэрримор! Грустная какая, и голову повесила. А ну-ка, мэм, выше нос! Спляшем, Пэгги, спляшем!
Миссис Бэрримор: Наконец-то! Хоть кто-то рад моей овсянке!
Джек: Ага! Глазки сразу повеселели. Интересно, что это она мне принесла?
(Музыка смолкает)
АКД: Усталый Джек сел прямо на пол, вытянул ноги и снял шляпу. А миссис Бэрримор поставила дымящуюся кастрюльку на столик, сняла крышку, и в павильоне запахло овсянкой.
Джек: Ну что ж! (Потирает руки) Бесплатный ужин в родовом поместье — неплохо для начала. Спасибо, миссис Бэрримор! Вот заморю червячка, а там…
(Громкий звук ошибки в Windows)
Джек: Что такое? Башмаки словно прилипли к полу! Не могу же я есть стоя из горячей кастрюли!
АКД (хитрым голосом): Скажу вам по секрету: волшебные башмаки терпеть не могли овсянку!
Миссис Бэрримор (сердито): Опять привередничаешь, братец? Ничего другого у меня нет! Муж ради тебя ночами не спит, светит свечой в окошко, а ты нос воротишь? Можно подумать, тебя в каторжной тюрьме лучше кормили!
Джек: Эй, похоже, вы обознались! Я никогда не сидел в каторжной тюрьме.
Миссис Бэрримор: Ох, и правда, обозналась! Подумать только, сэр, вы такой же милый и кудрявый, как мой несчастный брат Селден… (Взволнованно, быстро) Муж идёт, да не один, а с этим ужасным инспектором. Уходите подобру-поздорову! (Удаляющиеся шаги)
Джек: Легко сказать — «уходите», когда башмаки не пускают! Или… нет, смотри-ка, отлепились. (Переступает ногами, скрипит дверь)
Бэрримор (строго): Что вы здесь делаете, сэр? Или не видите — в павильоне ремонт!
Джек (подчёркнуто невинным голосом): Извините! Я случайно сюда забрёл…
Бэрримор (смягчаясь): Разве вы не читали объявления на воротах? Мы не пускаем в замок посторонних! Инспектор Лестрейд запретил беспокоить сэра Генри. Ему и так нелегко после смерти дядюшки, добрейшего сэра Чарльза. Так что, прошу вас, сэр, не задерживайтесь.
Джек: Хорошо-хорошо. (Сам с собой) Спрячусь-ка вон за тем тисом.
Переверните пластинку!
Сторона 2Бэрримор: А, вот и вы, инспектор Лестрейд! Ну как, нашли вашу страшную собаку?
Лестрейд: Ох, и не говорите, Бэрримор! С самого утра мотаюсь по всему болоту, как распоследний констебль — и даже следов не попалось. Чудные у вас места, Бэрримор, и народец ох чудной! Сегодня, представляете, какой-то малый с сачком и ботанизиркой прямо у меня на глазах вылез из Гримпенской трясины! Ну не чокнутый ли? У него ещё башмаки были разные — один коричневый, а другой чёрный.
Бэрримор (обеспокоенно): Как-как вы сказали?.. Скверное дело, очень скверное.
Лестрейд: Что же тут скверного?
Бэрримор: А вы разве не знаете? В легенде говорится, что предок Баскервилей, сэр Хьюго, был загрызен на болотах…
Лестрейд: Ну да, той собакой, которую я ищу, а что?
Бэрримор: Так вот, Хьюго в тот день с пьяных глаз надел разные башмаки.
Лестрейд: Разные?
Бэрримор: Один коричневый, а другой чёрный. С тех пор говорят, что разрозненные башмаки приносят Баскервилям несчастье.
Лестрейд: Несчастье?
Бэрримор: А моя жена как раз по ошибке отдала своему брату вместо двух старых чёрных башмаков один чёрный и один коричневый! Вот мы теперь и боимся за сэра Генри.
Лестрейд: Значит, так: объявляю осадное положение! Сэра Генри охраняем, виски подливаем — проклятье не пройдёт! Я на него капкан поставлю!
(Голоса стихают)
Джек: Так вот что за башмаки мне достались! Впрочем, пока, они, кажется, на моей стороне… Но сперва надо спасти Боську! (Вздыхает) Эх, да разве отыщешь её ночью в болоте! Пойду назад к воротам. (С усилием) Ну и денёк выдался — ноги еле идут!
(Звук ошибки)
АКД: Башмаки на его ногах превратились в пудовые гири…
Джек: Срежу через сад, так быстрее получится.
(Звук ошибки)
АКД: Башмаки словно в трясине завязли!
Джек: А может, через калитку в середине ограды?
(Весёлая музыка)
АКД: У башмаков словно крылья выросли! Одним прыжком Джек оказался по ту сторону невысокой калитки, и ноги сами понесли его по болоту.
Джек: Какие умные башмаки!.. Лучше меня знают, что мне надо.
АКД: Башмаки снова вывели Джека в знакомую лощину и спустились по извилистой тропинке к подножию двух гранитных столбов. Полная луна ярко освещала болота. Джек осмотрелся и прислушался…
(Жалобное поскуливание и подвывание)
Джек: Боська!
Боська: У-у-у! Кто тут?
Джек: Это я.
Боська: Ой, Джек…
Джек: Ты только не пугайся, но инспектор Лестрейд поставил на тебя капкан!
Боська: Я знаю. Я боялась, что ты не придёшь…
Джек: Ну разве я могу тебя бросить?! А если ты о наследстве — никуда оно от меня не денется, подождёт.
Боська: … и я не успею рассказать тебе о волшебных свойствах башмаков.
Джек: Ну, кое-что я уже понял…
Боська: Волшебными они стали после того, как каторжник Селден выбросил их в болото. Но сделал он это совсем не случайно! Ведь главный секрет вот в чём…
АКД: И Боська поведала Джеку, о чём на самом деле рассказывалось в фамильной легенде и при чём тут инспектор Лестрейд. Джеку сразу захотелось куда-то бежать, кому-то наподдать…
Джек: Эх, если бы Холл был уже мой, я бы прописал этому Лестрейду хороший заряд из тростестрела! Но нельзя же просто взять и объявить его своим, верно?.. А что, если… Что, если растолковать всё самому сэру Генри?
Боська: Что ты, Джек… Он пьёт не просыхая, до него не достучаться!
Джек: Тогда его надо вытрезвить! Готов спорить, мои башмаки и с этим справятся — недаром же они попали в руки именно ко мне! Ты жди меня за калиткой, а я отправляюсь прямо в Холл!
АКД: И не успел Джек опомниться, как волшебные башмаки сами понесли его по тропинке — мимо гранитных столбов, мимо заброшенной каменоломни, мимо спящего Гримпена, — прямо к воротам Баскервиль-холла. Двери оказались на запоре, но один хозяйский пинок волшебных башмаков — и створки распахнулись. Джек стрелой взбежал по лестнице и оказался в просторной столовой. Во главе стола сидел сэр Генри Баскервиль и печально прихлёбывал виски без содовой. Ему прислуживал Бэрримор, а справа развалился в кресле инспектор Лестрейд из Скотланд-Ярда. Только теперь его револьвер лежал на столе, рядом с тарелкой. А над столом висел портрет Хьюго Баскервиля в полный рост. Один башмак был раскрашен коричневой краской, а другой — чёрной!
Джек: Добрый вечер, джентльмены!
Генри (не вполне трезвым голосом): Вы кто?
Лестрейд (Генри, театральным шёпотом): Да тот самый, ненормальный, из Гримпенской трясины. Вы только посмотрите — явился в гости без приглашения, да ещё в разномастных башмаках! Может, в участок его сдать?
Генри: Ну, ну, инспектор, зачем в участок? Пусть выпьет с нами и идёт своей дорогой…
Джек: Хватит киснуть, любезный сэр! А ну-ка, башмаки, выручайте… раз, два, три!
(Мелодия кантри)
Лестрейд: Сэр Генри, это никуда не годится! Кто мне говорил, что вас проклятье одолело и носу на болота нельзя высунуть! А вы пускаете в дом кого попало да ещё приплясываете с ними…
Генри: Да-да, помню, безопасность и всё такое… Но это же мой любимый танец! Я и не знал, что в здешнем болоте хоть кто-то умеет танцевать кантри! Бэрримор! Несите губную гармошку! А подыграть можете? (В музыку вплетаются трели губной гармошки) Красота! Блеск!
(Музыка смолкает)
Генри: Вот спасибо, повеселили! Я будто вернулся из этой мрачной дыры домой, в Канаду! Садитесь, выпейте с нами, мистер… э-э…
Джек: Джек Стэплтон. Только я не пью. Знаете, у нас на болотах столько чудес, что их и без выпивки можно увидеть!
Генри: А ты славный парень. Ведь ты не против перейти на «ты»? И заходи ко мне почаще, ладно? И вот ещё что: у тебя сестры нет?
Джек (сам с собой): Э-э, пора менять тему. (Громко) Может, лучше споём? Мне как раз пришла на память отличная застольная!
Лестрейд: А говорил — не пьёт…
Генри: Бэрримор, кофе!
(Под проигрыш звякают чашки и ложки, льётся кофе)
Джек (поёт):
В парчу и бархат разодет —
Не зря, не зря, не зря, —
Висел над лестницей портрет,
Похож не на Генря.
Портрет фамильный сэр берёг —
На нём ведь предок всё же!
Но гость явился на порог,
Но гость явился на порог,
Ну кто бы мог, подумать мог —
На Хьюго так похожий!
Лестрейд: Нет, какова наглость!
Генри (пьёт кофе): А мне нравится. Наводит на всякие мысли — только не знаю, на какие…
Лестрейд: Ну, знаете ли! Если вы и петь собираетесь через мою голову, я… я снимаю с себя всякую ответственность! А уж тем более за использование волшебных башмаков!
Генри: А вы не снимайте, инспектор, а наоборот, наденьте. Испытайте их на себе, вы же сюда приехали меня оборонять!
Джек (подчёркнуто любезно): Пожалуйста, мистер Лестрейд. Вот вам башмаки.
Лестрейд (мрачно): И не подумаю! Они мне жмут.
Генри: А вы откуда знаете? Не-не, не увиливайте!
Лестрейд: Я, конечно, не теоретик вроде Холмса, но танца не получится!
Генри: Да ну их в болото, эти теории! Смотрите — отлично даже налезли. А теперь начнём следственный эксперимент. Раз, два, три! Ну же, раз-два-три! (Хихикает) Инспектор, не стойте столбом, я ж лопну от смеха!
Джек: Так я и знал. Эти башмаки не любят тех, кто пытается хозяйничать в чужом Холле!
Генри: Уж не хочешь ли ты сказать, дружище, что инспектор Лестрейд пытается хозяйничать в моём Холле?
Джек: А как это ещё назвать? Вот ты думаешь, что он приехал защищать тебя от страшной собаки Баскервилей — а он, по сути, держит тебя под домашним арестом!
Генри: Что ты сказал?! Меня, сэра здешних мест?
Лестрейд (с грохотом отталкивает стул): Да я на тебя пятнадцать висяков повешу! И статью за ложные обвинения в придачу! Где у тебя доказательства?!
Джек: А хотя бы то, что собака Баскервилей вовсе не страшная! Если хотите, я её позову в свидетели.
Бэрримор: Кажется, сэр, она уже здесь.
(Стук когтей, грохот, повизгивание)
Боська (сердито): Вот ваш капкан, Лестрейд! На полу стоял, в павильоне (выплёвывает капкан, тот с лязгом падает).
Джек: Вот видите, сэр Генри, она даже не кусается. Давай, Боська, говори.
Боська: Инспектору Лестрейду было завидно, что все считают его бестолковым…
Джек: «Таймс», может, и хвалит, но люди-то читают рассказы доктора Ватсона в «Стрэнде»!
Боська: И тогда он решил сам раскрыть сенсационное дело.
Джек: А когда услышал, что в вашем роду есть легенда о собаке, то переиначил её и запугал вас проклятием. Не выходите, мол, на болота — Боська съест, потому что силы зла властвуют безраздельно…
Боська: Я ничего не могла поделать с такой напраслиной…
Джек: Ну ещё бы! Ведь Лестрейд на каждом углу грозился сдать её в музей Шерлока Холмса!
Боська (жалобно): Он угрожал… угрожал набить меня опилками! У-у-у!
Генри: Значит, никакое проклятие меня не преследует? И можно без опаски гулять по болотам?
Боська: Конечно! Ведь на самом деле легенда гласит: тот, у кого окажутся собака Баскервилей и два непарных башмака — один коричневый, а другой чёрный, как на портрете, — тот станет хозяином Баскервиль-холла! А это и есть Джек — твой кузен из Коста-Рики!
Генри (изумлённо): Хозяин Холла — мой кузен? Значит, и эти замшелые развалины мне от балды на шею повесили?! (Сурово) Ну, что вы скажете, Лестрейд? Спасти лорда престижнее, чем простого ковбоя, так?
Лестрейд: Вам хорошо осуждать!
Бэрримор: Сэр Генри, если позволите, то мне этот ваш инспектор тоже порядком надоел. Он прожёг сигарой портрет добрейшего сэра Чарльза, заляпал все скатерти оружейным маслом и, кстати, разбил стекло в павильоне, чтобы свалить на собаку!
Генри: Инспектор! Извольте покинуть мой дом. Только башмаки назад отдайте! Я, может, и неотёсанный канадский фермер, но не позволю накачивать себя виски и ссорить с фамильным привидением. Дверь вон там!
Лестрейд: Вы ещё прочтёте обо мне в «Таймс»!
(Хлопает дверью)
Генри: А знаешь, дорогой Джек, я тут подумал: на кой мне Холл, титул и прочая мишура? Меня всегда тянуло к свободе. Я уеду в кругосветку, а ты живи в фамильном замке, раз даже легенда сама тебя выбрала!
(В мелодию вплетаются стук колёс и гудки пароходов)
Джек (поёт):
Вдоль болот бежит дорога,
Тает в дымке голубой.
Пусть, как Боська у порога, (2)
Ждёт удача нас с тобой!
АКД: Так и закончилась наша удивительная история про Джека Стэплтона, Боську и волшебные башмаки сэров Баскервилей. Рассказывают, что с тех пор жители торфяных болот перестали бояться легенд, и вместо лекарств в их домах всё чаще пахло ароматным кофе. А вот что подумал об этом мистер Шерлок Холмс — это, друзья мои, уже совсем другая история…
Кроссовер с пластинкой много чьего детства "Волшебные башмаки".
БАШМАКИ СЭРА БАСКЕРВИЛЯ
Сторона 1Артур Конан Дойл, он же АКД: Шагает Джек Стэплтон по болотной тропинке, помахивает сачком для бабочек. На голове у него соломенная шляпа, через плечо висит ботанизирка, а в ботанизирке вместо бабочек — два башмака, завёрнутых в номер «Таймс»: один коричневый, а другой чёрный.
Джек (поёт):
От восхода до заката
Мне укажут вешки путь —
Значит, должен я когда-то (2)
Добрести куда-нибудь!
В Девоншире холлов много,
Но хочу найти я тот,
Где, как Боська у порога, (2)
Нас удача верно ждёт!
(Музыка смолкает)
Джек: Какая-то собака сидит у поворота дороги… Чёрная. И без ошейника. Вот бы мне такую!.. А может, удастся её подманить? (Свистит)
Боська (встревоженно): Грр?
Джек: Ну, ну, полегче, я не кусаюсь. Здравствуй… э-э… Боська!
Боська (грудным, но, несомненно, девичьим голосом): А как ты узнал, что меня зовут Боська?
Джек: А, значит, тебя в самом деле зовут Боська? Это ж элементарно. Ну какая ещё собака будет сидеть без ошейника у поворота Гримпенской дороги? Баскервильская, значит, Боська. А я Джек Стэплтон. (Пауза) Только чего это ты всё дрожишь да по сторонам оглядываешься, такая большая? Обидел кто?
Боська (торопливо): Что ты, тебе показалось… А скажи, не встречался ли тебе инспектор Скотланд-Ярда?
Джек (готов рассмеяться): Кто-кто?
Боська: Такой самоуверенный, с револьвером в заднем кармане брюк.
Джек: Нет, тьфу-тьфу-тьфу, не встречался. А что?
Боська: Да нет, я просто так спросила. (Издаёт свистящий звук, похожий на хихиканье) А почему у тебя башмаки разные?
Джек (сконфуженно): Как так разные? Вроде когда из дому выходил, одинаковые были.
Боська: Сразу видно, что ты не собака. Я про те, которые ты в коробке несёшь. От одного пахнет коричневой ваксой, а от другого чёрной.
Джек (открывает коробку — лязгает крышка): А ведь верно, разные! (Шуршит газетой) Я их сегодня утром из болота сачком выловил. (Украдкой вздыхает) Сачок да ботанизирка — вот и всё, что мне отец в наследство оставил. А ведь здесь у меня и настоящее наследство есть, только кто ж мне его отдаст!..
Боська (принюхивается): Что-то они мне напоминают… А можешь их примерить?
Джек (подумав): Почему бы нет? Не зря ведь они мне подвернулись… Только чур, молчок! Ещё соседи засмеют. (Кряхтение, поскрипывание кожи) Вот так… Теперь чёрный… (С радостным удивлением) Ты смотри! Словно по заказу на меня пошиты! Даже жаль, что разные. Теперь попробую, крепкие ли они. А то, может, совсем размокли в болоте? Ну-ка… раз, два, три! (Притопывает)
(Весёлая кельтская музыка)
Джек: Ой! Что такое?! Чёрт, куда это вы меня несёте?!
Боська: Гав-гав! Подожди!
АКД: Жаль, вы не видите, что случилось! Стоило Джеку притопнуть ногой в чёрном башмаке, как ноги сами понесли его по тропинке — вперёд и вперёд, пока не остановились на гребне лощины, посреди которой торчали два гранитных столба.
Боська (восторженно): Гав-гав! Тяф-тяф!
(Музыка смолкает)
Джек: Уфф! Где это мы? (Переводит дыхание) В лощине сэра Хьюго… Вот так башмаки!.. Да с ними куда хочешь попасть можно! Ну, Боська, вот теперь я наконец уведу Лору у Джеффри Лайонса!
Боська: Не отвлекайся, Джек! И вообще чужих жён уводить нехорошо, про это легенда есть.
Джек (бесшабашно): Подумаешь, легенда… Я этому Лайонсу ещё и в живот наподдам! Ну, башмаки, не подкачайте теперь — вперёд, в Кумб-Треси! Раз, два, три!
(Быстрая и как будто недовольная музыка)
Джек: Эй! Не туда! Я же сказал, мне в Кумб-Треси надо!
Боська: Джек! Куда ты? Гав-гав!
(Голоса обоих удаляются)
АКД: Только сделал Джек шаг в направлении Кумб-Треси, как ноги понесли его совсем в другую сторону, не разбирая дороги… (с усмешкой) прямо к Гримпенской трясине!
(Шлёпанье ног)
Джек: Сто-оп! Здесь же никому не… (громкий плеск) пройти-и!
(Музыка обрывается)
Боська (испуганно): Ой, Джек!
Джек (фыркает, отплёвывается): А-а-а! Помогите!
Боська: Ха-ха! А башмаки-то и впрямь непростые! Уж чему они научат, так это честности… ой, я хотела сказать, не отвлекаться на пути к цели! Ну ладно, хватайся за мои задние лапы, я тебя вытащу.
Джек (обиженно): Вытащила одна такая… Честности все учить горазды! (Кряхтит) Сам выберусь. Уфф… ну вот.
Лестрейд (издалека, противным самодовольным голосом): Эй, ты, натуралист! Ну ты, тебе говорю!
Джек: А вы, значит, сыщик, раз угадали, что я натуралист? Кстати, как вы догадались?
Лестрейд: Ну кто же ещё, кроме натуралиста, по доброй воле в трясину полезет? Не видел ли ты тут собаку, чёрную, которая ещё светится в темноте?
АКД: Джек изумлённо захлопал глазами: вместо Боськи перед ним на кочке стоял инспектор Скотланд-Ярда, и брюки у него сзади подозрительно топырились.
Джек (оскорблённо): Издеваетесь? Я столько не выпью! (Вполголоса, сам с собой) Да, но где же…
АКД: И в самом деле, где же Боська? Точно в трясину провалилась. Джек во все глаза уставился на инспектора, а тот, в свою очередь, как заворожённый, уставился на башмаки Джека. И было отчего! Башмаки блестели как новенькие, словно Джек и не принимал водные процедуры в болоте — один коричневый, а другой чёрный.
Лестрейд: Где-то я видел эти башмаки… А ну дай посмотреть!
Джек: Ещё чего!
Лестрейд: Давай-давай! Всё по закону, под расписку. Вот, сейчас же и выпишу. (Скрипит карандаш) Ты что, не хочешь помочь следствию?
Джек: А мне как быть? Мои ботинки на дороге остались!
Лестрейд: Смотри, будешь упрямиться — сдам в участок! Такие башмаки как раз пропали из отеля «Нортумберленд». А это дело оч-чень нехорошее и опасное, на кону миллион! Снимай, снимай, бери расписку! (Джек неразборчиво протестует, Лестрейд довольно хмыкает) Проведём следственный эксперимент… Гляди-ка — они мне в самый раз!
(Мелодия джиги)
Лестрейд (в панике): Что за чертовщина?! Стойте! Стойте!
Джек: Ха-ха! В этих башмаках, оказывается, можно и джигу сплясать. И правильно, мистер инспектор, а то вы слишком серьёзны! Ай да башмаки!.. Нет уж, в несгораемом шкафу для вещдоков им точно не место.
Лестрейд: А-а! Выключите меня! Сил моих больше нет… Ох!
АКД (смеётся): И приземлился в колючий-преколючий терновый куст.
(Музыка смолкает, Лестрейд причитает, Джек заливисто хохочет)
Лестрейд: Проклятые башмаки!
Джек (с укоризной): «Проклятые»! Ничего вы не понимаете в фольклоре.
Лестрейд: Забирай их! В ориентировке ни слова не было про волшебные свойства. О-хо-хо…
Джек: Всё-таки лучше их поберечь. Спрячу обратно в ботанизирку… вот так. Похоже, неспроста они ко мне попали.
Лестрейд (удаляясь): Ну, погоди, проклятая псина! Я докажу, что ты за всем этим и стоишь! О-хо-хо…
Боська: Ой, Джек! Ты не утонул!
Джек: А, это ты, Боська? А я уж испугался, что ты тоже в трясину провалилась. С чего тебе понадобилось прятаться в сараюшке от этого надутого инспектора?
Боська: Я пока не могу объяснить. Но если Лестрейд меня поймает… он набьёт меня опилками и выставит в музее Шерлока Холмса на Бейкер-стрит!
Джек: Шерлок Холмс… Постой, не тот ли знаменитый сыщик? Так зачем его бояться — он вроде джентльмен?
Боська: Джентльмен-то джентльмен, но если ему станет скучно — пиши пропало. А вот почему меня хотят набить опилками — сейчас я тебе сказать не могу. Хотя ты очень славный, настоящий Баскервиль. (Издаёт тот же свистящий звук) Но как же этот Лестрейд здорово отплясывал в твоих башмаках!.. (После паузы, грустно) Ну, прощай. Мне надо идти.
Джек: Куда ты?
Боська: В сердце Гримпенской трясины. Только не ходи за мной, я пойду звериными тропками.
Джек: Постой, я могу тебе чем-нибудь помочь? Я не дам набивать тебя опилками!
Боська: Сначала прими ванну и переоденься в сухое! А потом… может, ещё увидимся. (Удаляясь, звонко) Прощай, Джек!
Джек (задумчиво): До встречи, Боська!
АКД: И Джек отправился домой, в Меррипит-хаус.
А вечером того же дня, прихватив с собой волшебные башмаки, он подошёл к воротам Баскервиль-холла. На дне круглой лощины, окружённой чёрными елями, стоял величественный замок с двумя островерхими башнями и ажурной чугунной оградой.
Джек: Вот оно, моё наследство… Ну что ж, башмаки, может, вы мне хоть замок добудете? Коричневый… теперь чёрный… Ого!
(Мелодия джиги)
Джек: Вот это да! Башмаки словно обрадовались, что я их сюда принёс — сами в пляс пустились! Так, куда это мы приплясали? Тисовая аллея… павильон… Но почему здесь всё так мрачно? Стекло разбито, и пахнет лекарствами… Невесёлое местечко. Эге! Кто-то сюда идёт. Да это ж миссис Бэрримор! Грустная какая, и голову повесила. А ну-ка, мэм, выше нос! Спляшем, Пэгги, спляшем!
Миссис Бэрримор: Наконец-то! Хоть кто-то рад моей овсянке!
Джек: Ага! Глазки сразу повеселели. Интересно, что это она мне принесла?
(Музыка смолкает)
АКД: Усталый Джек сел прямо на пол, вытянул ноги и снял шляпу. А миссис Бэрримор поставила дымящуюся кастрюльку на столик, сняла крышку, и в павильоне запахло овсянкой.
Джек: Ну что ж! (Потирает руки) Бесплатный ужин в родовом поместье — неплохо для начала. Спасибо, миссис Бэрримор! Вот заморю червячка, а там…
(Громкий звук ошибки в Windows)
Джек: Что такое? Башмаки словно прилипли к полу! Не могу же я есть стоя из горячей кастрюли!
АКД (хитрым голосом): Скажу вам по секрету: волшебные башмаки терпеть не могли овсянку!
Миссис Бэрримор (сердито): Опять привередничаешь, братец? Ничего другого у меня нет! Муж ради тебя ночами не спит, светит свечой в окошко, а ты нос воротишь? Можно подумать, тебя в каторжной тюрьме лучше кормили!
Джек: Эй, похоже, вы обознались! Я никогда не сидел в каторжной тюрьме.
Миссис Бэрримор: Ох, и правда, обозналась! Подумать только, сэр, вы такой же милый и кудрявый, как мой несчастный брат Селден… (Взволнованно, быстро) Муж идёт, да не один, а с этим ужасным инспектором. Уходите подобру-поздорову! (Удаляющиеся шаги)
Джек: Легко сказать — «уходите», когда башмаки не пускают! Или… нет, смотри-ка, отлепились. (Переступает ногами, скрипит дверь)
Бэрримор (строго): Что вы здесь делаете, сэр? Или не видите — в павильоне ремонт!
Джек (подчёркнуто невинным голосом): Извините! Я случайно сюда забрёл…
Бэрримор (смягчаясь): Разве вы не читали объявления на воротах? Мы не пускаем в замок посторонних! Инспектор Лестрейд запретил беспокоить сэра Генри. Ему и так нелегко после смерти дядюшки, добрейшего сэра Чарльза. Так что, прошу вас, сэр, не задерживайтесь.
Джек: Хорошо-хорошо. (Сам с собой) Спрячусь-ка вон за тем тисом.
Переверните пластинку!
Сторона 2Бэрримор: А, вот и вы, инспектор Лестрейд! Ну как, нашли вашу страшную собаку?
Лестрейд: Ох, и не говорите, Бэрримор! С самого утра мотаюсь по всему болоту, как распоследний констебль — и даже следов не попалось. Чудные у вас места, Бэрримор, и народец ох чудной! Сегодня, представляете, какой-то малый с сачком и ботанизиркой прямо у меня на глазах вылез из Гримпенской трясины! Ну не чокнутый ли? У него ещё башмаки были разные — один коричневый, а другой чёрный.
Бэрримор (обеспокоенно): Как-как вы сказали?.. Скверное дело, очень скверное.
Лестрейд: Что же тут скверного?
Бэрримор: А вы разве не знаете? В легенде говорится, что предок Баскервилей, сэр Хьюго, был загрызен на болотах…
Лестрейд: Ну да, той собакой, которую я ищу, а что?
Бэрримор: Так вот, Хьюго в тот день с пьяных глаз надел разные башмаки.
Лестрейд: Разные?
Бэрримор: Один коричневый, а другой чёрный. С тех пор говорят, что разрозненные башмаки приносят Баскервилям несчастье.
Лестрейд: Несчастье?
Бэрримор: А моя жена как раз по ошибке отдала своему брату вместо двух старых чёрных башмаков один чёрный и один коричневый! Вот мы теперь и боимся за сэра Генри.
Лестрейд: Значит, так: объявляю осадное положение! Сэра Генри охраняем, виски подливаем — проклятье не пройдёт! Я на него капкан поставлю!
(Голоса стихают)
Джек: Так вот что за башмаки мне достались! Впрочем, пока, они, кажется, на моей стороне… Но сперва надо спасти Боську! (Вздыхает) Эх, да разве отыщешь её ночью в болоте! Пойду назад к воротам. (С усилием) Ну и денёк выдался — ноги еле идут!
(Звук ошибки)
АКД: Башмаки на его ногах превратились в пудовые гири…
Джек: Срежу через сад, так быстрее получится.
(Звук ошибки)
АКД: Башмаки словно в трясине завязли!
Джек: А может, через калитку в середине ограды?
(Весёлая музыка)
АКД: У башмаков словно крылья выросли! Одним прыжком Джек оказался по ту сторону невысокой калитки, и ноги сами понесли его по болоту.
Джек: Какие умные башмаки!.. Лучше меня знают, что мне надо.
АКД: Башмаки снова вывели Джека в знакомую лощину и спустились по извилистой тропинке к подножию двух гранитных столбов. Полная луна ярко освещала болота. Джек осмотрелся и прислушался…
(Жалобное поскуливание и подвывание)
Джек: Боська!
Боська: У-у-у! Кто тут?
Джек: Это я.
Боська: Ой, Джек…
Джек: Ты только не пугайся, но инспектор Лестрейд поставил на тебя капкан!
Боська: Я знаю. Я боялась, что ты не придёшь…
Джек: Ну разве я могу тебя бросить?! А если ты о наследстве — никуда оно от меня не денется, подождёт.
Боська: … и я не успею рассказать тебе о волшебных свойствах башмаков.
Джек: Ну, кое-что я уже понял…
Боська: Волшебными они стали после того, как каторжник Селден выбросил их в болото. Но сделал он это совсем не случайно! Ведь главный секрет вот в чём…
АКД: И Боська поведала Джеку, о чём на самом деле рассказывалось в фамильной легенде и при чём тут инспектор Лестрейд. Джеку сразу захотелось куда-то бежать, кому-то наподдать…
Джек: Эх, если бы Холл был уже мой, я бы прописал этому Лестрейду хороший заряд из тростестрела! Но нельзя же просто взять и объявить его своим, верно?.. А что, если… Что, если растолковать всё самому сэру Генри?
Боська: Что ты, Джек… Он пьёт не просыхая, до него не достучаться!
Джек: Тогда его надо вытрезвить! Готов спорить, мои башмаки и с этим справятся — недаром же они попали в руки именно ко мне! Ты жди меня за калиткой, а я отправляюсь прямо в Холл!
АКД: И не успел Джек опомниться, как волшебные башмаки сами понесли его по тропинке — мимо гранитных столбов, мимо заброшенной каменоломни, мимо спящего Гримпена, — прямо к воротам Баскервиль-холла. Двери оказались на запоре, но один хозяйский пинок волшебных башмаков — и створки распахнулись. Джек стрелой взбежал по лестнице и оказался в просторной столовой. Во главе стола сидел сэр Генри Баскервиль и печально прихлёбывал виски без содовой. Ему прислуживал Бэрримор, а справа развалился в кресле инспектор Лестрейд из Скотланд-Ярда. Только теперь его револьвер лежал на столе, рядом с тарелкой. А над столом висел портрет Хьюго Баскервиля в полный рост. Один башмак был раскрашен коричневой краской, а другой — чёрной!
Джек: Добрый вечер, джентльмены!
Генри (не вполне трезвым голосом): Вы кто?
Лестрейд (Генри, театральным шёпотом): Да тот самый, ненормальный, из Гримпенской трясины. Вы только посмотрите — явился в гости без приглашения, да ещё в разномастных башмаках! Может, в участок его сдать?
Генри: Ну, ну, инспектор, зачем в участок? Пусть выпьет с нами и идёт своей дорогой…
Джек: Хватит киснуть, любезный сэр! А ну-ка, башмаки, выручайте… раз, два, три!
(Мелодия кантри)
Лестрейд: Сэр Генри, это никуда не годится! Кто мне говорил, что вас проклятье одолело и носу на болота нельзя высунуть! А вы пускаете в дом кого попало да ещё приплясываете с ними…
Генри: Да-да, помню, безопасность и всё такое… Но это же мой любимый танец! Я и не знал, что в здешнем болоте хоть кто-то умеет танцевать кантри! Бэрримор! Несите губную гармошку! А подыграть можете? (В музыку вплетаются трели губной гармошки) Красота! Блеск!
(Музыка смолкает)
Генри: Вот спасибо, повеселили! Я будто вернулся из этой мрачной дыры домой, в Канаду! Садитесь, выпейте с нами, мистер… э-э…
Джек: Джек Стэплтон. Только я не пью. Знаете, у нас на болотах столько чудес, что их и без выпивки можно увидеть!
Генри: А ты славный парень. Ведь ты не против перейти на «ты»? И заходи ко мне почаще, ладно? И вот ещё что: у тебя сестры нет?
Джек (сам с собой): Э-э, пора менять тему. (Громко) Может, лучше споём? Мне как раз пришла на память отличная застольная!
Лестрейд: А говорил — не пьёт…
Генри: Бэрримор, кофе!
(Под проигрыш звякают чашки и ложки, льётся кофе)
Джек (поёт):
В парчу и бархат разодет —
Не зря, не зря, не зря, —
Висел над лестницей портрет,
Похож не на Генря.
Портрет фамильный сэр берёг —
На нём ведь предок всё же!
Но гость явился на порог,
Но гость явился на порог,
Ну кто бы мог, подумать мог —
На Хьюго так похожий!
Лестрейд: Нет, какова наглость!
Генри (пьёт кофе): А мне нравится. Наводит на всякие мысли — только не знаю, на какие…
Лестрейд: Ну, знаете ли! Если вы и петь собираетесь через мою голову, я… я снимаю с себя всякую ответственность! А уж тем более за использование волшебных башмаков!
Генри: А вы не снимайте, инспектор, а наоборот, наденьте. Испытайте их на себе, вы же сюда приехали меня оборонять!
Джек (подчёркнуто любезно): Пожалуйста, мистер Лестрейд. Вот вам башмаки.
Лестрейд (мрачно): И не подумаю! Они мне жмут.
Генри: А вы откуда знаете? Не-не, не увиливайте!
Лестрейд: Я, конечно, не теоретик вроде Холмса, но танца не получится!
Генри: Да ну их в болото, эти теории! Смотрите — отлично даже налезли. А теперь начнём следственный эксперимент. Раз, два, три! Ну же, раз-два-три! (Хихикает) Инспектор, не стойте столбом, я ж лопну от смеха!
Джек: Так я и знал. Эти башмаки не любят тех, кто пытается хозяйничать в чужом Холле!
Генри: Уж не хочешь ли ты сказать, дружище, что инспектор Лестрейд пытается хозяйничать в моём Холле?
Джек: А как это ещё назвать? Вот ты думаешь, что он приехал защищать тебя от страшной собаки Баскервилей — а он, по сути, держит тебя под домашним арестом!
Генри: Что ты сказал?! Меня, сэра здешних мест?
Лестрейд (с грохотом отталкивает стул): Да я на тебя пятнадцать висяков повешу! И статью за ложные обвинения в придачу! Где у тебя доказательства?!
Джек: А хотя бы то, что собака Баскервилей вовсе не страшная! Если хотите, я её позову в свидетели.
Бэрримор: Кажется, сэр, она уже здесь.
(Стук когтей, грохот, повизгивание)
Боська (сердито): Вот ваш капкан, Лестрейд! На полу стоял, в павильоне (выплёвывает капкан, тот с лязгом падает).
Джек: Вот видите, сэр Генри, она даже не кусается. Давай, Боська, говори.
Боська: Инспектору Лестрейду было завидно, что все считают его бестолковым…
Джек: «Таймс», может, и хвалит, но люди-то читают рассказы доктора Ватсона в «Стрэнде»!
Боська: И тогда он решил сам раскрыть сенсационное дело.
Джек: А когда услышал, что в вашем роду есть легенда о собаке, то переиначил её и запугал вас проклятием. Не выходите, мол, на болота — Боська съест, потому что силы зла властвуют безраздельно…
Боська: Я ничего не могла поделать с такой напраслиной…
Джек: Ну ещё бы! Ведь Лестрейд на каждом углу грозился сдать её в музей Шерлока Холмса!
Боська (жалобно): Он угрожал… угрожал набить меня опилками! У-у-у!
Генри: Значит, никакое проклятие меня не преследует? И можно без опаски гулять по болотам?
Боська: Конечно! Ведь на самом деле легенда гласит: тот, у кого окажутся собака Баскервилей и два непарных башмака — один коричневый, а другой чёрный, как на портрете, — тот станет хозяином Баскервиль-холла! А это и есть Джек — твой кузен из Коста-Рики!
Генри (изумлённо): Хозяин Холла — мой кузен? Значит, и эти замшелые развалины мне от балды на шею повесили?! (Сурово) Ну, что вы скажете, Лестрейд? Спасти лорда престижнее, чем простого ковбоя, так?
Лестрейд: Вам хорошо осуждать!
Бэрримор: Сэр Генри, если позволите, то мне этот ваш инспектор тоже порядком надоел. Он прожёг сигарой портрет добрейшего сэра Чарльза, заляпал все скатерти оружейным маслом и, кстати, разбил стекло в павильоне, чтобы свалить на собаку!
Генри: Инспектор! Извольте покинуть мой дом. Только башмаки назад отдайте! Я, может, и неотёсанный канадский фермер, но не позволю накачивать себя виски и ссорить с фамильным привидением. Дверь вон там!
Лестрейд: Вы ещё прочтёте обо мне в «Таймс»!
(Хлопает дверью)
Генри: А знаешь, дорогой Джек, я тут подумал: на кой мне Холл, титул и прочая мишура? Меня всегда тянуло к свободе. Я уеду в кругосветку, а ты живи в фамильном замке, раз даже легенда сама тебя выбрала!
(В мелодию вплетаются стук колёс и гудки пароходов)
Джек (поёт):
Вдоль болот бежит дорога,
Тает в дымке голубой.
Пусть, как Боська у порога, (2)
Ждёт удача нас с тобой!
АКД: Так и закончилась наша удивительная история про Джека Стэплтона, Боську и волшебные башмаки сэров Баскервилей. Рассказывают, что с тех пор жители торфяных болот перестали бояться легенд, и вместо лекарств в их домах всё чаще пахло ароматным кофе. А вот что подумал об этом мистер Шерлок Холмс — это, друзья мои, уже совсем другая история…
@темы: Баскервиль-Холл, мемуары, сказка моей жизни, Собака
17.10.2018 в 09:06
17.10.2018 в 09:10
И никакой стрельбы и прочих шумовых эффектов))))
А для Лестрейда, наверное, музей Холмса стал последней каплей
Даже пополнить экспонатом не дали!))